Посмотрите на феноменологию боли: это универсальный защитный механизм,

сверхцель которого — спасти тело от повреждений и разрушения. В определенном

смысле боль - это радость тела, а в фильме «Солдат Джейн» это нашло свою элегантную

формулировку: чем хороша боль, так это тем, что пока она есть и пока ты ее

чувствуешь, значит, ты жив.

Но как только возникают ситуации, когда способность преодолеть боль будет основой

для спасения, наше тело пасует и отступает, ибо древние могучие инстинкты

подсказывают, что только избавление от боли может нас спасти. Только избавление, и

ничего больше.

Примерно то же самое происходит и в борьбе мозга за свою сохранность и целостность.

В первую очередь мозг позаботится об этом, и уж потом обо всем остальном. «Если меня

не будет, то не будет ничего» - так рассуждает мозг, и по этой логике организована его

работа. В этом есть как свой здравый смысл, так и фатальная ошибка, которую Чалдини

изящно назвал «щелк, зажужжало».

Я огрел Ричарда Бендлера бейсбольной битой по хребту, и теперь он будет помнить об

этом всю оставшуюся жизнь. Надо это ему или не надо, хочет ли он этого или не хочет -

это не имеет значения. Была сильная боль, и была очень сильная эмоция. Сильная эмоция

— крепкая память. Он обречен помнить об этом.