Запреты и цензура

В фильме «Якоб-Лжец» главный герой, который сидит в немецком концлагере, в погоне

за клочком случайно брошенной газеты едва не расстается с жизнью. Стремление людей

заполучить то, чего они лишены, может приводить к полной утрате чувства реальности и

отчаянной переоценке значимости желаемого.

Пик популярности Солженицына - время, когда он был запрещен. Счастливый билет

для любого писателя -это попасть в «черный» список табуизированных авторов, оказаться

в жерновах цензуры. Выявлено, что «в большинстве случаев мы реагируем на запрещение

информации усилением желания ее получить, плюс наше отношение к этой информации

улучшается» (Чалдини).

Социолог Макс Вебер в свое время придумал термин рутипизация харизмы,

означающий процесс целенаправленной «легализации» запрещенных (подцензурных,

табуизированных и подвергающихся гонению власти) явлений (информации, людей,

партий, религиозных движений), что лишает эти явления иррациональной при-

влекательности и неоправданно завышенной ценности.

Сегодня же нам нужен прямо противоположный процесс, то есть придание рыночным

явлениям безосновательно сверхценного оттенка за счет цензурных и скандальных

ограничений. Какие тут могут быть возможности?